Конечной ценностью человеческого существования безусловно считается счастье как высшая степень внутреннего комфорта.
При этом обычно при мысли о счастливом человеке возникает образ жизнелюбивого улыбчивого человека, не обращающего внимания на невзгоды и проблемы – то есть, фактически, просто образ человека с сангвиническим типом темперамента (пишет ресурс «Блoг Энмеркара»).
Но означает ли это, что каждый, кто счастлив – это просто сангвиник, а для остальных темпераментов в «чистом виде» счастье недоступно – что же, меланхолик не может быть счастлив «сам по себе», не превращаясь в сангвиника?
Достичь той степени внутренней гармонии, которая субъективно воспринимается как счастье, возможно двумя способами. «Человеческий» способ заключается в приведении внутренних процессов в гармонию путем игнорирования, убирания из поля внимания «неудобных» элементов, и оптимизацию оставшихся нескольких. Чем меньше элементов при этом остается в поле внимания, тем легче их согласовать и тем выраженнее благополучие сознания. Именно так и работает «сангвиническое» сознание: сангвиник просто «не обращает внимания» на проблемы и сложности, оставляя в фокусе сознания только благоприятные компоненты, из которых без особого труда создает законченную и непротиворечивую систему, не «напрягающую» сознание. С этой точки зрения, конечно, ни холерик, ни меланхолик не могут быть счастливы – ведь их сознание не так однонаправленно, оно содержит внутренние конфликты, не позволяющие продлить чувство гармонии дольше, чем на время «благоприятной картины», привнесение в которую любого конфликтного элемента лишает чувства благости. Тем не менее, понятно, что такое «искусственное» счастье, хотя и кажется вполне полноценным и благоприятным, для мага не может быть приемлемым, поскольку любое сужение кругозора, любое вытеснение каких-либо элементов за поле внимания не способствует расширению осознания, а значит – и не вписывается в идеологию магического Пути.
Для человека, конечно, именно «позитивное» видение означает благополучие сознания, но маг не может обойтись и без видения негативного. Маг не вправе игнорировать и приуменьшать значимость никакого из элементов мироздания; независимо от того, насколько иллюзорным представляется этот элемент – он должен быть учтен в той степени, в которой он влияет на расстановку сил в общей картине.
Любая односторонность означает отсутствие свободы. Маг, одержимый ангелами, ничуть не свободней, чем тот, кто одержим демонами, и игнорирование зла, точно так же, как и игнорирование добра – не ведет к настоящему развитию. Хотя в однообразности элементов нет конфликта, в нем нет и импульса движения.
С этой точки зрения понятно, что для мага сангвинический темперамент является ничуть не более «удачным», чем любой другой. Счастье мага – в нахождении гармонии в максимальном количестве элементов. При этом любое ограничение восприятия препятствует полноте осознания, и для сангвиника именно его «позитивное видение» оказывается препятствием, точно так же как для меланхолика препятствием выступает видение негативное, для холерика – конфликт, а для флегматика – инертность. Каждый человек для достижения своей ограниченной гармонии игнорирует части мироздания: сангвиник преуменьшает роль страданий и боли, флегматик — игнорирует ценность движения, меланхолик теряет восходящие потоки, холерик — игнорирует остановки; экстраверт теряет глубину внутреннего кипения, а интраверт не полностью использует возможности окружающего мира. Однако маг пытается не игнорировать ничего. Его широта взгляда позволяет видеть, чувствовать гармонию сквозь боль, движение, покой и т.д., не зацикливаясь ни на одной из крайностей.
Маг должен стремиться к выходу за пределы любых бинерных систем: никакая из крайностей, взятых сами по себе, равно как и их борьба, а также – их слияние и взаимонейтрализация – не содержат возможности для свободы. Свобода мага – выход за пределы позитивного и негативного видения – но и не в «принятии» мира как такового; маг никогда не остается пассивным наблюдателем, он всегда – активный деятель, и его деятельность направлена на увеличение гармоничности собственного сознания, при максимальном количестве входящих в это сознание элементов и, как следствие – на распространение гармонии вокруг себя. И счастье мага достигается тогда, когда он научается видеть гармонию в разнообразии, гармонию Великого духа, но во всей сложности, со всей болью и всей борьбой, не игнорируя ничего, не закрывая глаз, принимая радость и страдания мира.
